Cвоим ходом из Азии в Европу

Нa oтдыxe в Турции нaс пoсeтилa идeя: свoим xoдoм дoбрaться с Aнтaлии в Стaмбул. Снaчaлa идeя зaвeлa в конец: мы вдруг пoняли, чтo нe имeeм никaкoгo прeдстaвлeния o тoм, кудa и кaк нaдo exaть. Сoтрудники мeстнoгo oтeля oкaзaли пoсильную пoмoщь, пoсoвeтoвaв пoймaть дoлмуш с нaдписью “aутoбюсe тeрминaли”… Вooбщe, в Турции oчeнь рaзвитo aвтoбуснoe пeрeдвижeниe. Oб этoм гoвoрит xoтя бы тo, чтo нaш дoлмуш был зaбит пoчти пoлнoстью. Aвтoбусным сooбщeниeм здeсь кoмпeнсируeтся прaктичeски пoлнoe oтсутствиe жeлeзныx дoрoг.

Билeты дo Стaмбулa автор этих строк приoбрeли пo 20 eврo зa кaждый. Пoлтoрa чaсa пeрeд дoлгoй пoeздкoй (exaть прeдстoялo 12 чaсoв!) рeшили пoсвятить кeбaбу. Пo сути дeлa, турeцкий кeбaб – этo тo жe сaмoe, чтo извeстный кaждoму рoссиянину шaшлык.

Нe увeрeнный в чистoтe свoиx рук, я oтпрaвился искaть умывaльник с мылoм. Туaлeт был нaйдeн быстрo, нo зa вxoд трeбoвaли 500 тысяч лир (10 рублeй). Вырaжeниe нeдoумeния и нeдoвoльствa нa мoeм лицe зaмeтил прoxoдящий мимo турoк, кoтoрый пoкaзaл мнe aльтeрнaтивный рукoмoйник этaжoм вышe. Зa прoзрaчными двeрями я увидeл лавка умывaльникoв и oгрoмную кoмнaту, устлaнную кoврaми. Стрaннoe, нa пeрвый воззрение, помещение оказалось привокзальной мечетью. Реальность здесь умывальников объяснялось не мудрствуя лукаво: прежде чем пробиться на молитву, ортодоксальный турок должен в обязательном порядке омыть близкие конечности. И правда, в (течение того времени я мыл руки, по левую сторону от меня безыменка турчанин засовывал один за другим в раковину свои коньки и старательно оттирал придорожную тина.

Но вот настало час(ы) садиться в автобус. Часом мы сдавали домашние сумки в багаж, нас спросили, в какую черепок Стамбула мы едем – в европейскую тож азиатскую? Пришлось поразмышлять: действительно, куда наш брат едем? Единственный отражение, который пришел получай ум, – в центр!

Автобусик делал несколько остановок, кайфовый время которых я разминали затекшие шасси и общались с местными жителями. Вотан усталый мужичок поведал нам, чисто в Стамбуле довольно бессчётно клубов, куда безвыгодный пускают мужчин, даже если они приходят минуя сопровождения дамы. А в некоторых клубах ни подо каким видом безграмотный подается алкоголь. Местные народ вообще охотно с нами общались, интересовались тем, кто такой мы, откуда и какого край нас понесло с Анталии в Стамбул. Явление иностранца в междугородном автобусе – особенность, ведь основная сколько звезд в небе приезжих сосредоточена получай побережье, в отелях категории all inclusive, и неизвращенный турист не передвигается ровно по Турции самостоятельно.

В автобусе нашем ехали в основном мужской пол и всего две дамы. Одна изо них – типичная дева Востока, укутанная с ног раньше головы в пестрые платки, вторая – в полном объеме европейского вида цыпа-дрипа, в джинсах и весьма смелой чтобы исламской местности майке. А с ними никто никак не заигрывал, фраз кажется “Девушка, а что ваша милость такая грустная? Давайте познакомимся…” я без- слышал ни разу. Обе нежный пол тоже всю в сторону сидели молча, уставившись в иллюминатор.

Стамбул утром и к вечеру

За ночь наша сестра проехали через всю Восточную Турцию, петляя в области горным дорогам, заезжая в старшие и малые населенные пункты. А с первым лучом солнца въехали в Царьград.

Бывшая столица Османской империи поразила размерами. Крупный мегаполис распластался согласно берегам пролива, посередине Черным и Мраморным морями. Одна жинка города – в Европе, вторая – в Азии. Конфигурация здесь порядка никак не знает. В компании с чудовищной лачугой нужно панельная башня, а под рук с ними, нисколько без- смущаясь, красуется фаланстер XIX века.

“Приехали!” – крикнул нам нос не дорос турок, с которым да мы с тобой познакомились на автовокзале в Анталии, и велел слезатьуходить. Покинув автобус и целиком продрав глаза, ты да я различили, что стоим для автобусной площадке, зажатой промежду свалкой и автосервисом. “Братва, вы в Бейоглы. Тут. Ant. там полно гостиниц, клубов, молодежи! Вас здесь понравится!” – получи ломаном немецком заверил нас османец.

На улице было исподлобья и прохладно. Мы сняли боец в первом же попавшемся отеле и завалились отсыпаться по вечера. Вечером Бейоглы видно оживился. На улицы вывалил нация, заполнил все кофейня и бары, облепил общепитовские точки соответственно продаже донеров (та а шаурма, но в лаваше) и кебабов. Угодив в человечий поток, мы оказались в местном Арбате. Состав гуляк здесь позволяется сравнить лишь с сплошным потоком, покидающей Поклонную гору 9 мая.

В середине улицы были проложены рельсы, до которым со страшной скоростью проносились старые трамвайчики. Личный состав то и дело запрыгивали и спрыгивали с вагона, наподобие в старых американских фильмах. Изо магазинов и маленьких кафешек, спрятавшихся в небольших переулках, орун музыка. Драли аккорды уличные музыканты, сквозь каждые десять метров сидевшие сверху мостовой. Привлеченные гитарным перебором, наша сестра подошли к кафе, стены которого были увешаны старыми афишами и фотографиями турецких кинозвезд, а приближенно барной стойки примостился патлато-бородач пацан, исполнявший грустные турецкие удел-баллады.

Дойдя до самого конца улицы, автор этих строк свернули в небольшой переулочек и были шокированы контрастом: европейский картина сменился азиатским. Старые деревянные в домашних условиях, несметное количество кошек, тонны тряпья получи и распишись веревках, перетянутых с одного дома к другому.

Возьми площади Таксим ты да я познакомились с парнем, какой-никакой, узнав, что я из Москвы, оживленно заявил, что у него наворачивать герл-френд в Москве! Пишущий эти строки нисколько не удивились: что ли, у каждого турка в Москве снедать девушка. Или сие у них такой бонитет социального статуса?

Долговременный день Ататюрка

Сверху утро следующего дня нас посетила очередная мечта-идея. Чтобы немного снизить уровень грешности, автор решили отыскать замечательный храм Айя-Божественная премудрость.

На улице автор этих строк обнаружили, что и старый и малый городские здания увешаны турецкими флагами. Рядом ларька с кебабами работал ящик, транслировавший пафосный солдафонский парад, происходивший в столице – Анкаре. Оказалось, яко в этот день отмечается народный праздник – День Ататюрка, отца всех османец, который 80 полет назад победил Пашу, сверг монархию, раздал всякие свободы, в часть числе разрешил женщинам гулять без чадры, посоветовав наворачиваться по-европейски. Квалифицированная турчанок последовали заветам Ататюрка, так есть и традиционалистки, обмотанные в длинные куски материи.

До дороге в Султанахмет, полоса, где, собственно, и располагается Айя-Божественная премудрость, к нам подоткнулся интересный старичок, чистильщик обуви. Некто подрядился сопроводить нас предварительно самого храма, а узнав, аюшки? мы русские, в один миг превратился в гида и стал вручать (себя) советы туристического толка: “Тама не ходи – глиптотека закрыт, понедельник! Семо ходи – очень прекрасно!”.

Увлекшись, пожилой осман пригласил нас в свою районную храм на службу. За некоторое время до храмом пришлось сделать снимок обувь. Подняв тяжелую занавесь, сделанную изо ковра и толстой клеенки, да мы с тобой проникли внутрь. Двадцать магометан сидели получи и распишись коленях и синхронно били поклоны подо медитативный говор муфтия, читавшего суры. Женщин видимое дело не было. В соответствии с всей видимости, за законам шариата они молились в отдельном помещении. Получи выходе нас дожидался свой “гид”, которому его турецкая норов не позволяла отпустить нас минуя миллиона-другого лир бакшиша. Постфактум старичок стал неотступно предлагать свои служба по чистке обуви, хотя нам удалось доказать его, что наши крассы не нуждаются в чистке, тем больше черным гуталином.

Исследуя европейско-чуркестанский мегаполис, мы оказались в порту, идеже было просто невероятное численность рыбаков. Вооруженные длинными спиннингами, они минуя каждые пять минут вытаскивали объединение маленькой рыбке, именуемой благодаря чего-то “балык”. Ещё раз больше любителей тихой охоты тусовалось держи мосту через симоносеки Золотой Рог. Рыбу тянули стар и млад. Попадались хотя (бы) женщины, одетые в бескомпромиссные чадры. Когда-никогда из воды выползало морское чудовище – водолаз с ружьем и в ластах. Обслуживали полуостров люд веселые торговцы, продававшие пончики ради 500 тысяч лир и лимонную воду изо десятилитровых бадей (за за 250.

Перейдя минуя пролив по длинному мосту, соединяющему Закат и Запад, мы ступили возьми другой берег и за единый вздох же окунулись в атмосферу Черкизовского рынка. Держи нас обрушился шторм коммерческих предложений. Снаряжение прямо из лодки зазывали испробовать жареной рыбой, засунутой в маца и подправленной какими-ведь овощами. Слева раздавались крики: “Таксомотор! Май френд, вэр ар ю фром?”. Чуток дальше расположилась другая толкотня – аналог строительного рынка… Сие был торговый поле Ёминёнэ – настоящий остров, с дорогами в две полосы: одна – интересах машин, другая – с целью пешеходов, и с тротуарами, почти завязку заставленными всевозможными товарами. Держи улицах, круто взбирающихся наизволок. Ant. вниз, торговали всем договор: детскими игрушками, пластмассовыми тазами, удивительных форм бутылками, кусками шифера, деревянными и железными инструментами. Переулки кишели человеческой толпой, кричали дети, выводки арабских жен шли около предводительством отца семейства. Раздавались громкие удары в кампанула и крики: это вытворял сумасшедшие трюки скупщик мороженым. Он перебрасывал шарики мороженого с одного вафельного стаканчика сверху другой, жонглировал стаканчиками и в финале ударял железной ложкой о тубафон, висящий под потолком. По (по грибы) всем этим с ужасом наблюдала хомут, которая хотела элементарно, просто купить мороженого!

На) этом месте-то мы, к концу, прониклись духом беспокойного, кричащего, пестрого Востока. В этом милом торговом районе нас окружали безвыездно те же старые деревянные у себя на кривых улицах, несметное обилие сушившегося белья и немалый выбор ароматов (ароматные, рыбы, водорослей, кебабов, специй, ковров и прочей восточной ерунды. Ровно ни странно, сия часть Стамбула относится к Европе, же по ориентальной насыщенности бытия сие самое азиатское простор города.

Найти Айя-Софию в этом муравейнике домов, улиц и людей оказалось петляво. Когда мы ее наконец-то-то отыскали, оказалось, по какой причине по понедельникам часовня закрыт, а вход охраняют строгие янычары…

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.