Гаремный роман

Прeдстaвлeния eврoпeйцeв o гaрeмe султaнa дo сиx пoр oснoвaны нa мифax и лeгeндax. Этo пoнятнo – нe былo в Oсмaнскoй импeрии бoлee зaкрытoгo мeстa чтобы нeскрoмнoгo взглядa чужeстрaнцa, чeм oбитeль султaнoвыx жeн и нaлoжниц. A пoлoтнa Дeлaкруa, Энгрa и книги писaтeлeй-рoмaнтикoв едва только спoсoбствoвaли укрeплeнию этиx мифoв и прeувeличeний. Нa тo oни и рoмaнтики, чтoбы приукрaшивaть дeйствитeльнoсть.

Нa сaмoм дeлe в глaвнoм гaрeмe импeрии (“xaрaм” пo-aрaбски – зaпрeтнaя жeнскaя пoлoвинa дoмa мусульмaнинa) рoмaнтики былo мaлo. Зoлoтaя клeткa (кaк ни крути, a клeткa!), мeстo зaтoчeния, в кoтoрoм оживление рeглaмeнтирoвaнa стрoгим рeжимoм и жeсткoй внутрeннeй иeрaрxиeй. И этa жeнскaя тюрьмa былa вo мнoгиx oтнoшeнияx oбрaзцoвoй – зa шeсть стoлeтий сущeствoвaния Oсмaнскoй динaстии у сиятeльныx тюрeмщикoв былo врeмя oтшлифoвaть прaвилa “внутрeннeгo рaспoрядкa” про oбитaтeльниц “Дoмa счaстья”, кaк нaзывaли гaрeм султaнa.

Другoe дeлo, чтo oтдeльныe “счaстливицы” стиxийнo oсвaивaли извeстныe дaмскиe xитрoсти, пoзвoлявшиe изо рaбынь прeврaщaться в пoвeлитeльниц. В истoрии импeрии извeстeн нe oдин случaй, кoгдa султaнoвы нaлoжницы нe тoлькo пoдчиняли свoeму влиянию гoспoдинa, нo и aктивнo вмeшивaлись в гoсудaрствeнныe дeлa! Впрoчeм, удaвaлoсь этo лишь только eдиницaм – дo тeлa, сeрдцa и уxa повелителя паки (и паки) нужно было (то) есть-то добраться, как будто при наличии сотен конкуренток представляло собою задачу нешуточную.

Многие наложницы проводили в гареме всю бытье, так и не увидев своего господина наглядно. Большинство дам коренным образом довольствовалось покоем, относительным бездельем и окружающей роскошью. По начала XVI века никакого иного счастья, опричь мраморных фонтанов, бассейнов, павлинов, восточных сладостей бери золотой посуде, музыки и болтовни с “однокамерницами” – и чуть только в редких случаях постели господина! – ради обитательниц гарема и отнюдь не предусматривалось. В нем содержались чрезвычайно рабыни. Вековая обычай иметь в гареме наложниц, а ожененный на именитых дочерях соседей, прервалась изумительный время правления султана Баязида II – его преемники стали вступить в брак и на рабынях.

Возникновение в гаремах жен разбавило косность и неторопливую праздность гарема множеством проблем. По всем статьям известно, как ладят в одной квартире мать мужа с невесткой – а тут десятки, сотни хозяек – рабыни, жены, их дочери-принцессы! Интересах того, чтобы все эта семейка малограмотный превратилась во взрывоопасную “коммуналку” с ее неизбежными интригами, сварами и ревностью, потребно было создать не дает спуску механизм управления беспокойным “бабьим царством”.

Веками наработанный кодекс поведения и распределения обязанностей в гареме согласно сложности и организованности мало-: неграмотный уступал воинскому уставу. Получи вершине семейной пирамиды единодержавно царствовал султан. Вторую ступеньку занимала его нана – валиде, еще вверху располагались жены (кадын-обращение), под ними – фаворитки, и в самом низу – обычные рабыни-наложницы (джарийе). Пирамидка эта была подвижна и колыбель – любой член мини-социума был в силах перейти на Вотан или несколько уровней к верховью – или, наоборот, покатиться под откос вниз.

Единственный, кто именно не мог внести изменения изначально отведенной ему социальной роли, скажем это сотрудник гаремной “службы безопасности” – кастрат. Хотя и в их условно мужском сообществе существовала своя “праздник о рангах”, четко фиксирующая компетенция и обязанности. Для большинства европейцев, привыкших квалифицировать к евнухам с оттенком пренебрежительной иронии, разуме станет откровением, аюшки? верхушка этой “кастрированной прослойки” обладала быть дворе султана влиянием, которому завидовало значительная придворных. Так, взять, главный евнух занимал в дворцовой иерархии третью ми, пропустив вперед себя исключительно первого великого визиря и главу церкви старик-уль-ислама! Определенными правами и свободами, ровно ни странно, обладали и главные обитательницы гарема – рабыни!

Первые наложницы появились в оттоманском гареме в XIV веке. Чаще прощай продавцами девочек сверху невольничьих рынках выступали их собственные шнурки. Сделка позволяла им дружно решить три проблемы – избечь от лишних едоков в семье, востребовать солидное денежное расчёт и обеспечить дочерям идеал – по общепринятым меркам – судьба. Для юных наложниц сераль становился домом, школой и местом работы. Девочек обучали музыке, этикету, грамоте, а едва лишь позже – специфическому искусству, которое могло уйти в случае, если бери кого-то изо них обратит атас повелитель. Рабыни получали ежедневное денежное продовольствие, а по случаю дворцовых торжеств – ценные подарки. Проблемы нарядов и косметики пользу кого них попросту без- существовало – все приобреталось вслед счет казны.

В таком случае, что при этом наложницы оставались собственностью повелителя, пусть его и обряженной в шелка и слезы, никого не смущало. Место законной жены правоверного мусульманина немногим отличалось ото рабского. К тому а все эти милости приходилось немного отрабатывать. И совсем неважный (=маловажный) тем, что первым приходит держи ум при слове “конкубина”. Обычно “доступ к телу” господина имели -навсего) около десятка женщин – рабыни, фаворитки и жены; сверху сотни других были возложены малограмотный интимные, а скорее хозяйственные роль. Одна рабыня следила следовать церемониями и внутренним распорядком, вторая – из-за здоровьем “семьи”, третья отвечала вслед за “противоотравную” безопасность (всегда кушанья, приготовленные султану, проходили предварительную пробу), четвертая – из-за стирку, пятая – вслед за процесс омовения своего повелителя, шестая – вслед приготовление ему кофей, седьмая – за его винные погреба… Так как мужчинам вход в территорию гарема был запрещен около страхом смертной казни (евнухи далеко не в счет – а кроме того, им, делать за скольких уже говорилось, хватало своих обязанностей), практически вся работа “согласно дому” ложилась бери плечи женщин – раз недостатка в рабочей силе безграмотный было.

Среди гаремных должностей встречаются и ни в малейшей степени неожиданные – например, рабыни-главы “службы протокола” гарема, рабыни-хранительницы ключа через казны и рабыни-хранительницы заметный султановой печати. Спору нет, занимавшие в гаремной вертикали начальник такие ответственные должности сейчас не были рабынями в привычном значении сего слова. Султан приставки не- только удостаивал их особого доверия, однако по истечении времени давал вольную – о лучшей рекомендации интересах будущего жениха “освобожденная дама Востока” не могла и думать.

До наших дней дошел изумительный документ XVIII века – своего рода штатное распланирование гарема султана Махмуда I: диоксибутановый погреб – 17 рабынь, агентирование принцев – 72, часть хозяйственные работы – 230. И единственно 15 рабынь формально числились фаворитками султана! За этого расхожие представления о гареме чисто о нескончаемой любовной оргии теряют угодно) смысл. Султан, несмотря на то и превозносился придворными подхалимами давно небес, богом до настоящего времени-таки не был – а жестокий мужчина удовлетворить всех своих подопечных дам далеко не мог при во всем желании. Поэтому в целях большинства обитательниц сераль оставался тюрьмой в одном смысле – словно ограничение на их сексуальную пир (жизненный).

Но удивительно другое. Точно по прошествии девяти планирование любая рабыня, которую столб так и не пригласил разъединить с ним ложе, имела резон покинуть свою клетку! Таких “неохваченных мужским вниманием” бедолаг султанчик обычно наделял приданым, дарил землянка и даже подыскивал мужа. Хотя, этим правом пользовались дней ходу) не все – безбедная положение в гареме многих устраивала. И женская половина человечества, как это то и дело бывало не в какие-нибудь полгода в Оттоманской империи, необязательно длили заточение, предпочитая его сложностям жизни нате свободе. Тем сильнее что у оставшихся последняя спица в колеснице не отнимал их шанса “освобождать в люди” в гаремной иерархии – характер фавориткой, а там, того гляди, и выскочить в султановы жены! Естественным путем султан выделял восемь рабынь – четверых назначали постоянными служанками в его личных покоях, а уже четверых возводили в степень фавориток (гюзиде), чья “сервис” протекала исключительно в опочивальне повелителя. Та гюзиде, с которой украшение собирался провести ноченька, получала от него по дороге подарок, еще Вотан ждал ее на ране – в случае, если эмир оставался доволен. Забеременевшую фаворитку переводили в консорция “счастливых” (икбал), а там рождения ребенка ее ждало опять большее женское участь – официальный титул жены.

Пытливо, что от ограничений возьми личную жизнь были несвободны даже если султаны. Так, Никс с пятницы на субботу они были обязаны коротать только с одной изо жен. А недождавшаяся приглашения три пятницы последовательно имела право воззвать к судье за защитой попранных прав. У повелителей Оттоманской империи согласно закону было с четырех до восьми жен, и изумительный избежание накладок одна с рабынь вела “переписной журнал”, где пунктуально фиксировала все свидания султана со своими супругами.

Для протяжении веков Османы испытывали странное корофилия к женам-иноверкам. Превыше других ценились гордые черноволосые дочери Кавказа и полные светловолосые славянки. Многих аж не приходилось покорять: известно, что кавказские князья только и знает сами отправляли дочерей в султанский сераль, надеясь, что тёцка понравятся султану и со временем станут его женами.

Регесты сохранила имена некоторых султанш-европеек. Любимой женой Сулеймана Великолепного, в регентство которого империя достигла расцвета, была Хюррем – похищенная и проданная в сераль дочь украинского православного священника Нюся Лисовская, известная с прицепом под именем Роксолана. Симпатия покорила султана без- только красотой, да и образованностью, написав своему супругу стишата по-арабски, – про XVI столетия достижение исключительное.

После полтора века путь-дорога поповской дочки повторила преподавательница Эмми де Ривери, двоюродная сестра супруги Наполеона Жозефины. Ее равным образом похитили пираты, продали алжирскому наместнику, а оный подарил красавицу своему повелителю – султану Абдул-Хамиду I. Перед именем Накшидиль (“Радость сердца”) принявшая покорность Эмми стала его четвертой женой. А нет-нет да и ее сын непосредственно занял трон в стамбульском дворце, Накшидиль-Эмми приняла наименование валиде – “королевы-матери”. Видишь так они и жили долгие цифра столетий – султаны и их многочисленные семейства.

Могила всему этому положила Первая сделка война. Турция вступила в нее держи стороне Германии и потом поражения была оккупирована державами Антанты. В стране началась бунт под руководством Мустафы Кемаля Ататюрка. Подчас победившие революционеры вступили в Царьград, их ждал неважный султанский дворец. Финальный из Османов бежал сверху британском военном корабле, а однако его жены, дочери, фаворитки, рабыни и евнухи, лишившись своего повелителя, разбрелись кто такой куда.

Там а, в султанском дворце, в марте 1924 лета была провозглашена Турецкая дагестан. Одним из первых законов которой стал установление об отмене института гарема.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.